Конечно, если откровенно, Чижова меня, мягко говоря, затра…, простите, не удержался. Вот уже целый месяц, по два раза в день, утром и вечером она стучится в дверь моего кабинета и выпытывает, каким образом я ищу ее несчастный лопатник. И даже в выходные, если меня нет в отделе, она исправно навещает дежурного и просит передать, что заходила. Ее уже все наши знают в лицо, даже паспортистки и уборщицы, не говоря про оперативный состав.

И ладно б, в бумажнике бриллиант лежал в пять карат или алмазные подвески королевы. А то тысяча рублей денег мелкими купюрами, проездной, да пропуск в офис, где Чижова трудится каким-то клерком. И ладно б у нее силой отняли этот бумажник в подворотне. Сама ведь с подружкой в автобусе языками сцепилась, а пока балаболила, кто-то его из сумочки и помыл. Либо просто потеряла, что более вероятно. На этом маршруте карманники – большая редкость, они в основном возле метро бомбят. Дома Чижова спохватилась, крик подняла и к нам. Ищите мерзавца!

Я ей сразу честно и откровенно признался – кошелек мы ваш не найдем и денег не вернем на них особых примет не имеется. А если, какой добрый человек его и принесет, то наверняка опустевшим. Карманных воров рекомендуется ловить только с поличным. Я не лукавлю – так оно и есть на самом деле. Чижову мои доводы не убедили, а наоборот ввергли в истерику. «Если искать не будете, то и не найдете! Скажите лучше – работать не хотите! Государство обязано меня защищать, я за это плачу налоги и не малые»! И все в таком же духе. Пришлось взять от нее заявление, которое, впрочем, через три дня я списал в архив за отсутствием события преступления. Мол, кошелек утрачен при неизвестных обстоятельствах, скорей всего потерян, факта кражи не установлено. Чижовой я, разумеется, про это не сообщил, дабы не расстраивать. Уверенно заявил, что приступил к розыску и скоро выйду на след.